Профессия спасателя со стороны часто кажется чередой экстремальных выездов. В реальности за каждым спасением стоят ежедневная подготовка, проверка техники, дежурства, поиски в сложных условиях и работа с людьми, которые оказались в беде.
Корреспондент krsk.aif.ru поговорила с начальником красноярского поисково-спасательного отряда Дмитрием Тырцевым о том, как проходит обычная смена спасателей, почему люди теряются даже на знакомых маршрутах, когда поиски становятся особенно трудными и какие случаи остаются в памяти надолго.
Пятиминутная готовность
Дарья Кириченко, krsk.aif.ru: Дмитрий, со стороны работа спасателя часто выглядит как постоянные экстремальные выезды. Но, наверное, большая часть службы не похожа на кино. Из чего на самом деле складывается обычная смена красноярского спасателя?
Дмитрий Тырцев: Смена начинается с приёма дежурства. Это проверка состояния автомобильной техники и аварийно-спасательного автомобиля, на котором смена выезжает на вызов. В машине находятся бензопила, гидравлический аварийно-спасательный инструмент, верёвки и снаряжение для высотных работ, бензогенератор и другое оборудование. Всё это проверяется, чтобы техника была готова.
После этого, пока нет сигнала, люди занимаются профессиональной подготовкой и обслуживанием оборудования: у нас его много, за каждым закреплено определённое. Вообще, смена находится в режиме пятиминутной готовности. Если поступает сигнал на поисково-спасательные или аварийно-спасательные работы, в течение пяти минут должны выехать. И действительно выезжаем.
— Есть такое понятие, как закон парных случаев. Считается, что если происходит что-то редкое или тяжёлое, то вскоре может случиться похожая ситуация. В вашей практике такое было?
— Такое случается, хотя это не постоянная история. Скорее, всё зависит от сезона. Например, если стоит сильная жара, один за другим могут происходить трагические случаи на воде. Бывает, что приходится выезжать день за днём, а иногда и два раза за один день.
Летом очень часто ведутся поисково-спасательные работы, связанные со сборщиками дикоросов. Люди идут за грибами, ягодой, черемшой и теряются в лесу. Поэтому в летнее время у нас особенно много вызовов, связанных с водой и поисками заблудившихся людей.
Шансы уменьшаются с каждым часом
— В марте пропал Виктор Потаёнков, его поиски продолжались долго. Такие истории особенно тревожат людей, потому что Красноярские Столбы кажутся знакомым и безопасным местом. Почему даже опытный человек может исчезнуть там, где, казалось бы, рядом тропы и туристические маршруты?
— Это неординарный случай, но подобные ситуации на Столбах уже были. Несколько лет назад тоже пропал человек, который хорошо знал это место. Его искали около недели и нашли. В случае с Виктором Потаёнковым были обследованы практически все участки национального парка, туристические зоны и даже участки дальше рекреационной зоны. К сожалению, пока его не нашли. Здесь не всё понятно, и нельзя исключать, что его может не быть на этой территории.
Поиск начинался с троп, потом спасатели обследовали участки вдоль них и уходили дальше. Есть сложные места, например, Калтатская видовка, где можно упасть с большой высоты, там тоже всё проверяли. Мы сами озадачены тем, где ещё искать. Думаю, поиски возобновятся.
— В поисковой операции есть определённый момент, когда спасатели понимают, что шансы найти человека живым резко уменьшаются?
— Конечно, с каждой минутой и с каждым днём понимаешь, что шансы уменьшаются. Особенно если человек уже не может ответить или не слышит, когда его зовут. Во время поисков используются звуковые сигналы, ракеты, чтобы человек мог их услышать или увидеть. Но погодные условия сильно влияют на ситуацию. Пурга, метель могут моментально замести следы. В такие моменты спасатели понимают, что времени остаётся меньше. Самая длительная поисковая операция, на которую выезжала смена, продолжалась трое суток. Это была очень тяжёлая, труднопроходимая тайга.
— В новостях часто сообщают, как много километров прошли спасатели и волонтёры. Но для обычного человека это всё равно абстрактные цифры. Как на практике выглядит поиск человека в лесу?
— Сначала мы получаем контакты родственников. Обязательно связываемся с ними и уточняем, куда человек собирался, где мог выйти, если добирался электричкой, куда поехал, если был в машине, где зашёл в лес, во что был одет, был ли у него телефон.
После этого спасатели заходят в лес и в первую очередь обследуют тропы и ближайшую местность. Потом начинается более подробное прочёсывание территории. Люди становятся цепью так, чтобы каждый видел товарища справа и слева. Километры действительно не всегда что-то объясняют. Бывают такие труднопроходимые места, где за час проходишь меньше километра. Но поиск продолжается, пока есть возможность работать.
Числились пропавшими без вести
— В 2016 году активно обсуждалась история с автомобилем, который подняли со дна Енисея. В нём нашли останки людей, пропавших ещё в девяностые годы. Для обычного человека это выглядит как детектив. Для спасателя это рабочая ситуация или случай, который остаётся в памяти надолго?
— Этот случай действительно запомнился. Автомобиль обнаружили во время тренировочных водолазных спусков на Абаканской протоке. Мы отрабатывали действия водолазов подо льдом. Выпилили специальную майну, вода была прозрачной, и один из спасателей увидел под ней белую крышу автомобиля. Мы сообщили в полицию. Потом по заявке полиции с помощью специального оборудования этот автомобиль подняли. Когда машина находится под водой, всегда возникает вопрос, есть ли кто-то внутри. В этом автомобиле обнаружили два тела.
Это был неординарный и неожиданный случай. По документам полиция установила, что автомобиль находился под водой с 1995 года. Больше 20 лет. Люди всё это время числились пропавшими без вести. Подобных случаев за свою деятельность я больше не припомню.
— А если человек вызывает спасателей, а потом оказывается, что реальной угрозы не было?
— Такие случаи бывают нечасто. Когда спасатели приезжают и видят, что помощь уже не нужна, не относятся к этому критично. Наоборот, рады за человека, что он оказался в состоянии, когда помощь не потребовалась, и, возможно, сам справился со своей ситуацией.
Выносили на носилках
— Бывает, что помочь удаётся именно благодаря опыту спасателей?
— Иногда пострадавшие сообщают, что попали в тяжёлую ситуацию, но из-за отсутствия опыта описывают её неполно. Например, говорят: «Мы на Столбах, нам плохо». А когда приходишь, оказывается, что человек лежит на скале с переломом ноги.
Мне запомнился такой вызов на Ермак. Сначала нам сообщили одну информацию, но на месте выяснилось, что нужно пройти дальше, потом по скале и вниз с неё. Изначально у нас не было необходимого снаряжения именно для такой ситуации. Но даже в этих условиях за счёт опыта и подручных средств удалось всё сделать правильно и спасти девушку.
— Какая операция со счастливым финалом запомнилась особенно?
— Мне хорошо запомнился случай во время весеннего паводка на реке Каче. Мужчина решил сплавиться вместе с девятилетним сыном. Весной река очень бурная, они не справились с управлением, перевернулись, и их долго несло потоком. В итоге вынесло на небольшой остров. Ребёнка сильно побило о камни и брёвна, которые были в завалах. У него были ушибы и перелом конечности.
Спасатели долго добирались до острова. Когда нашли семью, стало понятно, что отец может двигаться, а ребёнок — нет. Ему оказали первую помощь, уложили на носилки и потом долго выносили через завалы. Отец позже приехал, чтобы поблагодарить смену.