В приюте «Мой пёс» на момент нашего разговора живут 673 собаки и шесть кошек. Кто-то оказался здесь совсем недавно, а для кого-то приют уже много лет остаётся единственным домом. Управляющая Катерина Батынская говорит о своих подопечных спокойно, не пытаясь вызвать жалость. Здесь просто каждый день делают то, что нужно животным — кормят, лечат, гуляют. И где‑то среди этих будней рождается шанс на семью: кто‑то обязательно встретит здесь своего нового друга.
У Люси осталось только две лапы
Катерина говорит: у каждой собаки своя история. Одну предал человек, другая попала сюда с тяжёлой травмой. И решить, кому пришлось хуже, невозможно.
Но среди сотен подопечных есть Люся. В приюте она оказалась около трёх лет назад уже трёхлапой — попала под поезд. Спустя два года у собаки обнаружили рак кости ещё на одной лапе. Перед сотрудниками встал тяжёлый выбор. В итоге решились на операцию. Люся осталась на двух лапах: одна передняя, другая задняя.
«Это было своеобразное решение. Мы столкнулись с волной хейта и непонимания. Одни считали, что так нельзя. Другие нас поддержали. И мы рискнули», — делится Катерина.
Сегодня Люся передвигается сама. Дважды в день гуляет, самостоятельно ест и ходит в туалет. Постоянный медицинский уход ей не требуется. А заболевание, по словам Катерины, находится в ремиссии.
Такие животные тоже могут уехать домой. В приюте уже пристраивали собак без одной лапы. Будущего хозяина заранее подготовят и объяснят всё, что нужно знать о здоровье питомца и уходе за ним. Катерина подчёркивает, одного сострадания в этом деле недостаточно. Человек должен понимать, какую ответственность он берёт на себя.
Поэтому здесь не бывает так, что посетитель увидел понравившуюся собаку и через полчаса забрал её домой. Сначала он проходит собеседование. Затем потенциальному предстоит несколько встреч с животным. Иногда люди приезжают к будущему питомцу месяцами.
«Мы в приюте создаем такие условия, что мы для собаки — дом и семья. Независимо от того, пристроится она или нет. И для собаки, конечно же, стресс, когда она из своей семьи, из своего дома куда-то уезжает. Один пункт стресса мы убрали тем, что человек нам уже знаком», — обращает внимание Катерина.
Кто готов дать дом «старичкам»
Кого-то забирают быстро. Кто-то остаётся в приюте надолго. Особенно редко семьи решаются взять пожилую собаку. Люди понимают: вместе с таким питомцем они проведут гораздо меньше времени, чем с молодым. Несколько лет назад из приюта забрали 11-летнего пса, который до этого всю жизнь прожил в будке. Его новым домом стала квартира. Позже у собаки обнаружили рак. Владельцы не отказались от него, несмотря на страшную болезнь. Они продолжают лечить и поддерживать любимца.
«Возрастных собак, безусловно, берут крайне редко. Не все люди готовы любить питомца на протяжении нескольких лет и потом похоронить. Мы понимаем: друга ищут себе на 10-15 лет. Но есть и те, кто готов прожить эту боль потери, и при этом дать старичку быть единственной собакой в семье, спать на диване, гулять в парке. Это же тоже круто», — рассказывает управляющая.
В приюте есть животные, которые живут здесь практически с момента открытия организации. И за всем этим стоит ежедневная работа, которая почти никогда не бывает предсказуемой.
Тревога от нестабильности
Приют частный, государственного финансирования на его повседневную жизнь нет. Конечно, существуют гранты и субсидии. Благодаря им волонтёрам удалось построить часть вольеров и выгульных зон, оборудовать ветеринарный кабинет. Однако потратить эти деньги на корм, зарплаты сотрудников или лечение животных нельзя.
По словам Катерины, самое сложное в содержании такого большого приюта даже не размер очередного счёта, а отсутствие стабильности.
«Ты не знаешь, что у тебя будет завтра. Оплатишь ты аренду или задержишь, и потом у тебя ещё пени накапают. Сможешь ты выплатить сотрудникам зарплату или им придётся ждать», — делится переживаниями управляющее.
Болезнь приходит к животным неожиданно: даже те, кто ещё вчера были бодры и здоровы, могут внезапно свалиться с ног.
«Собачка заболеет здесь и сейчас. Ей неважно, есть у тебя время или нет, есть у тебя 150 тыс. рублей на стационар или нет», — рассказывает Катерина.
С наступлением осени добавляется другая тревога. Впереди сибирская зима. Нужно покупать несколько машин соломы и дров, утеплять вольеры. Отопление здания площадью 2,5 тыс. кв. метров обходится примерно в 180–200 тыс. рублей в месяц. Зимой животные больше едят, им дополнительно варят горячие мясные бульоны. Поэтому, признаётся Катерина, о том, как пережить холода, в приюте начинают думать ещё в июле.
Чем можно помочь
Не вся помощь требует больших денег. Приюту нужны люди, которые могут приехать погулять с собаками, починить или утеплить вольеры, разложить солому по будкам.
Постоянно нужны сухие корма для собак. В приюте в основном используют «Дилли», некоторым животным подходит «Мираторг». Есть питомцы на специальных кормах, в том числе Royal Canin Hypoallergenic и Gastrointestinal Low Fat. Также нужны влажные корма для собак и кошек, строительные мешки, жидкое мыло, стиральный порошок, дезинфицирующие средства, пелёнки, поводки, ошейники, шлейки, миски, оцинкованные вёдра на девять литров и тазы на 13 литров. Приют принимает старое постельное бельё и одеяла, которые можно использовать как подстилки. Необходимые лекарства лучше предварительно уточнить у сотрудников.
Для одного человека пачка корма, старое одеяло или несколько часов на прогулке с собаками могут показаться совсем небольшой помощью. Но приюту, где ежедневно нужно накормить сотни животных, такие поступки дают возможность продолжать работу.
Люся уже получила свой шанс тогда, когда сотрудники решились побороться за неё. Сотням других собак тоже нужна забота каждый день. А поддержать волонтёров, которые оберегают больше 600 псов, способен любой, у кого есть желание.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
