Сибирские города задыхаются в едком дыму лесных пожаров. Жители Лесосибирска показали видео, где они выгуливают домашних питомцев в противогазах. А соседний регион, Томск, разглядел дым, который добрался туда из Красноярска. Накрыл он уже и Новосибирск.
В чем причина проблемы — выяснил корреспондент krsk.aif.ru.
Пламя от сухих гроз
18 июня в Красноярском крае полыхает 91 лесной пожар, сообщает Лесопожарный центр региона. Огнём охвачено уже 83,6 тысячи гектаров — гигантское море горящей тайги.
Почти все очаги спрятаны в глухих труднодоступных местах Байкитского, Туруханского, Эвенкийского и Енисейского лесничеств. Добраться туда можно только по воздуху или ценой нечеловеческих усилий.
Накануне площадь пожаров за сутки выросла вдвое и достигла 62,6 тысячи гектаров при 88 очагах. Тогда пожарные ликвидировали 21 возгорание на 3,4 тысячи гектаров. Но огонь не остановился: днем позже он разросся ещё сильнее.
За минувшие сутки удалось потушить 10 очагов на 2,8 тысячи гектаров, однако пламя продолжает пожирать тайгу. По предварительным данным, главный виновник — сухие грозы: молнии безжалостно бьют в иссушенную жарой землю, а дождя нет.
На севере региона установилась убийственная погода — жара, сушь, сильный ветер и бесконечные разряды молний превратили лес в пороховую бочку.
Приборы не видят дыма
Первый заместитель министра экологии Красноярского края Юлия Гуменюк в своих соцсетях опубликовала такую информацию. По данным ведомства, 18 июня передвижная лаборатория дежурила в Лесосибирске и Енисейске, проверила воздух по 40 показателям и никаких превышений. По версии замеров, воздух чист.
Такая же картина наблюдалась и на прошлой неделе. С 7 по 13 июня, сообщала Юлия Гуменюк, передвижные посты 38 раз выезжали на проверки и ни разу не зафиксировали нарушений ПДК.
Да, стационарные датчики в Красноярске иногда вздрагивали от сероводорода или бенз(а)пирена, но это привычный городской смог, а не дыхание лесных пожаров.
В Среднесибирском управлении по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды тем временем предупредили о неблагоприятных метеоусловиях (НМУ) с вечера 18 июня до вечера 19 июня на десятках территорий края, включая Красноярск, Енисейск и северные районы.
Режим НМУ означает безветрие. А предприятия должны сократить выбросы в атмосферу. Прямых отсылок на задымление от таёжных пожаров в этом прогнозе нет.
А вот томский губернатор Владимир Мазур подтвердил: утренняя мгла над Томском — это шлейф от соседних красноярских пожаров.
Однако начальник местного гидрометцентра Юрий Волков тут же успокоил: приборы опасных концентраций вредных веществ в атмосфере Томска не нашли. И это при том, что в приграничном Верхнекетском районе Томской области бушуют 11 очагов огня.
Люди в противогазах
Жители Лесосибирска и Енисейска в соцсетях пишут, что прогулка возможна... в противогазе. Мокрые маски стали защитой, и горожане чувствуют себя заложниками огненной стихии.
Спасатели МЧС уже разослали рекомендации: сидеть дома, не открывать окна, завешивать форточки мокрыми тряпками, носить маски, отказаться от лишних движений. Для тысяч людей этот набор правил превратился в суровую бытовую реальность, наполненную страхом за здоровье детей и стариков.
Эколог предупредил о неучёте
Эколог и председатель общественного совета при министерстве природных ресурсов и лесного комплекса Красноярского края Павел Гудовский объясняет, почему система мониторинга не видит всё. Лаборатории замеряют определённые вещества в конкретный час и в конкретной точке. Если в этот момент концентрация не превысила норматива, результат — «чисто».
Но дым — это видимая и обоняемая взвесь, которая может не содержать тех самых 40 контролируемых веществ в опасной дозе, зато содержит другие, неучтённые компоненты. Или ядовитый шлейф успевает разбавиться по дороге, оставаясь при этом невыносимо вонючим и опасным для лёгких.
«Мои домашние датчики мелкодисперсных частиц PM2.5 в задымлённые дни просто сходят с ума, показывая многократное превышение, стоит лишь приоткрыть окно, — признаётся Гудовский. — Эти частицы — самые коварные: они проникают глубоко в лёгкие, попадают в кровь, провоцируют инфаркты и рак. Мои приборы кричат об угрозе каждый раз, когда город накрывает дымовая волна».
Эколог настаивает: официальное отсутствие превышений — не повод делать вид, будто проблемы нет.
Нужно срочно расширять список измеряемых веществ и делать замеры чаще, особенно по частицам PM2.5 и PM10.
Лес как идеальное топливо
Основная причина катастрофы на севере Красноярского края — сухие грозы. Но есть и вторая, рукотворная беда. Лесной фонд годами остаётся без должного ухода, считает эксперт. Мёртвые стволы, сухостой, брошенные делянки копили горючий материал. Средств на лесоустройство и санитарную очистку хронически не хватает. Добила ситуацию напасть сибирского шелкопряда, оставившего после себя бескрайние кладбища мёртвого леса.
«Всё это — идеальная среда для возникновения и мгновенного распространения огня», — подводит горький итог Гудовский.
Именно по ослабленным шелкопрядом участкам в Енисейском и Северо-Енисейском округах пламя сейчас расползается с особой жадностью.
Огнеборцы на пределе
На борьбу с пламенем брошены колоссальные силы. В Красноярский край стянули федеральный резерв Авиалесоохраны, более 400 десантников из Бурятии и Забайкалья, ждут подкрепление из Свердловской области.
Сейчас с огнём сражаются свыше 1500 человек, в небе дежурят 30 воздушных судов, на земле — более 40 единиц техники.
Самые страшные очаги в Енисейском районе штурмуют 30 специально переброшенных десантников. Пожарные вручную, на износ, прокладывают минерализованные полосы, разбирают завалы, пускают встречный огонь, применяют взрывчатку. С самолёта-зондировщика расстреливают облака, чтобы вызвать дождь.
В крае действует режим ЧС, посещение лесов ограничено.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Почему в Сибири горят леса? 
Площадь лесных пожаров в Красноярском крае увеличилась до 62,5 тысяч га 
В Красноярске и районах края ввели режим НМУ 
В Красноярском крае усилили борьбу с лесными пожарами 
В Туве ввели режим ЧС из-за лесных пожаров