aif.ru counter
310

Тысяча километров БАМа: история семьи Юстус

«АиФ на Енисее» № 38 (1767) 17/09/2014
из архива Ф.Д. Юстуса / Из личного архива

ОБЩАЯ ПРОТЯЖЁННОСТЬ ОСНОВНОГО ПУТИ БАЙКАЛО-АМУРСКОЙ МАГИСТРАЛИ МЕЖДУ СТАНЦИЯМИ ТАЙШЕТ И СОВЕТСКАЯ ГАВАНЬ - ПОЧТИ 4 300 КИЛОМЕТРОВ. В СТРОИТЕЛЬСТВЕ ТЫСЯЧИ ИЗ НИХ УЧАСТВОВАЛ КРАСНОЯРЕЦ ФЁДОР ЮСТУС - ОН ПРОШЁЛ ИХ ПЕШКОМ.

ЖЕЛАНИЕ ПОЗНАТЬ НОВОЕ

В 1972 году Указ правительства СССР дал старт формированию отрядов строителей на БАМ - ввиду военно-стратегических расчётов стране нужен был северный дублёр Транссиба, да и доступ к нефти, природному газу, золоту, слюде, железной руде, каменному и бурому углю, лесу. Энергичная молодёжь со всего Союза отправилась торить рельсовый путь через болотную марь, горы и тайгу. Кого-то привлекала возможность отработать 2-3 года и получить автомобильный чек - иначе купить машину в СССР было нереально. А бамовец с чеком получал четырёхколесного помощника по первому запросу.

Но Фёдор Юстус, 25-летний старший лейтенант, недавний выпускник Ленинградского высшего командного училища железнодорожных войск, ехал за другим: «К тому времени я три года отслужил в Ярославле на хорошей должности. Территория огорожена, вся работа понятна: там войска, тут маршируем, учимся, тренируемся. Ничего непредсказуемого. Мной двигало желание познать новое».

ОДИН НА ОДИН С ЛЕСОМ

В этом году в сентябре Фёдор Давыдович отмечает знаменательный юбилей - ровно 35 лет назад, также в начале осени, началась его бамовская история.

Фото: Из личного архива / из архива Ф.Д. Юстуса

 

Это сейчас он занимает уютный кабинет Красноярской дирекции железной дороги, а тогда, в 360 км от Тынды, он был один на один с лесом. Высота сосен достигала 20 метров, так что снизу могло быть и неба не видно, и никто, кроме диких зверей, прежде в новом месте его службы не ступал. За месяц со 120 солдатами ему предстояло возвести временное жильё для 300 будущих строителей магистрали. Началось всё с происшествия! Молодые парни, ошалев от богатств таёжной кладовой, сразу же по приезде объелись свежих грибов… и слегли с дизентерией. Лекарств с собой не было - ситуацию спасали хлоркой. Обработали всё, что можно было обработать, ею же заболевшие умывались, хлорную воду, вслабой концентрации, даже пили. На следующее утро все были в строю и занимались заготовкой, распиловкой леса (в первое время - пилами-двуручками!), раскряжёвкой...

Фото: Из личного архива / из архива Ф.Д. Юстуса

 

Из 3- и 6-метровых брёвен поднимали палатку на высоту 2-2,20 м. Сверху натягивали тентовую палатку, внутрь ставили печь. Возле неё грелись в самые лютые зимние месяцы, когда при температуре минус 55 градусов по Цельсию главное - выжить. Снег выпадал на 3-4 метра. Его использовали в качестве утеплителя. А в минус 40 могли и начать работать. Фёдор Давыдович вспоминает, что при такой температуре ему на улице во время работы частенько даже жарко бывало.

ЖЕРТВЫ СТРОЙКИ

Все годы бамовской стройки Фёдор Юстус возглавлял подраз­деление, основными задачами которого были расчистка просеки, валка, распиловка леса, подготовка его к строительству.

Фёдор Давыдович один из первых перевёз сюда супругу с маленьким сыном. Сослуживцы дивились: как это жена поехала в дальневос­точную глушь из Ленинграда, да ещё с ребёнком! Семейных офицеров переводили из общих палаток на 20 человек в вагончики: шириной 2,5 м, длиной 10или 14 м.

Большую часть времени работали. На 20 км в округе не было дорог. Единственная река поблизости - Зея, её основное русло сравнимо по ширине с Енисеем. Единственное развлечение в редкий выходной - поездка в эвенкийский посёлок по зимнику. Офицеры выкупали у коренных жителей соболей да чернобурок - за водку.

«Скажу честно: нас всё устраивало. Была высокая зарплата. Я, молодой лейтенант, получал 330-350 рублей. Мы получали хорошие вещи, одежду, продукты. На Новый год апельсины, мандарины - ящиками. Раз в год всей семьёй уезжали в отпуск на юг, в санаторий», - вспоминает глава семьи.

Великая стройка, однако, не обходилась без человеческих жертв. Фёдор Давыдович с болью вспоминает о гибели нескольких человек. Один утонул в Зее 7 ноября, когда лёд в реке ещё не замёрз до безопасной толщины, а он отправился на другой берег. Льдина треснула, и человека поглотила вода. Жизни двух молодых парней также унесла река - уже другая. Водитель крана 8Т на базе «Урала» не справился с управлением - кран упал с моста, перевернулся на кабину, и ребята остались внутри… Не смогли открыть двери - захлебнулись. Одна смерть лишила Фёдора Юстуса престижной государственной награды - премии Ленинского комсомола. Все документы уже находились на утверждении наверху, но произошёл несчастный случай. Один из подчинённых, злоупотребив алкоголем, не дошёл до палатки - заснул и замёрз.

«БОЛЬШЕ НЕ ПОЕДЕМ!»

Галина Николаевна, супруга Фёдора Давыдовича, называет время на БАМе лучшей порой в жизни - ведь и праздники, и проблемы строители переживали вместе. «Наши дети не посещали театры и музеи. Но они ходили на лыжах, катались на санках. И 30-40 градусов мороза для них нипочём», - рассказывает глава семьи.

БАМовец с сыном. Фото: Из личного архива / из архива Ф.Д. Юстуса

 

Старший сын, пока был маленький, рос рядом с родителями, а вот среднее образование ему пришлось получать в разных местах. Бывало, папу переводили в такую глушь, где школы и поблизости не было. Тогда сын учился у дедушки и бабушки в Старых Руссах, под Ленинградом. Потом родители переезжали туда, где школа была - забирали его к себе. К 11-му классу парень сменил 10 учебных заведений. Ирония судьбы: все годы основной службы строивший дома для других, к выходу на пенсию Фёдор Давыдович собственного жилья не имел.

Фото: Из личного архива / из архива Ф.Д. Юстуса

 

После БАМа семья перебралась в Карабулу - строить железнодорожный городок. Глава раздумывал, не принять ли приглашение в Волгоград, но… супруга стала протестовать. Как бамовцы, они вот-вот должны были получить собственную квартиру в Красноярске. А на новом месте им опять предлагали служебное жильё. Супруга тогда сказала: «Хочешь - езжай, мы с детьми больше никуда не поедем».

В 90-е годы, правда, муж и жена задумались о переезде в город их юности, теперь ставший Санкт-Петербургом. Отпугнули бандитские разборки. Остались в городе на Енисее. И позже, когда все родственники Фёдора Юстуса переехали в Германию и стали звать их к себе, семья покидать Сибирь отказалась - настолько успели с ней сродниться.

Фёдор Давыдович, хоть и пенсионер, а дома не сидит. Работает на разных должностях на Красноярской железной дороге. По случаю торжественного празднования юбилея БАМа минувшим летом он награжден медалью министерства транспорта «40-летие БАМа».

С железной дорогой семья Юстус, похоже, сроднилась накрепко: старший сын Фёдора Давыдовича выбрал себе профессию железнодорожника и теперь также работает в Красноярске.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах