В марте 1940 года хирург с мировым именем, профессор медицины и действующий епископ Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий прибыл по этапу в село Большая Мурта Красноярского края. Ему предстояло провести здесь почти полтора года в статусе ссыльного. Именно здесь он закончил рукопись второго тома «Очерков гнойной хирургии» — труда, который спасёт тысячи жизней во время Великой Отечественной войны.
Сегодня об этом времени напоминает экспозиция Большемуртинского краеведческого музея, где собраны не только документы и фотографии, но и предметы, которых касалась рука святителя Луки.
О том, как формировалась музейная коллекция, какие воспоминания сохранили старожилы и почему с каждым годом сюда приезжает всё больше гостей, рассказывает krsk.aif.ru директор музея Галина Кильб.
Право лечить
Когда Валентина Феликсовича доставили в село, местное руководство отнеслось к нему настороженно. Приговор звучал сурово: «За участие в антисоветской организации сослать в Красноярский край сроком на пять лет». В глазах начальства прибывший был прежде всего политическим ссыльным, а уже потом врачом.
Галина Кильб описывает этот период по архивным документам.
«Не один круг нужно было пройти: через заведующего райздравотделом, председателя райисполкома, секретаря райкома партии, начальника районного отдела НКВД, только лишь для того, чтобы получить разрешение на работу в Большемуртинской районной больнице», — рассказывает директор музея.
Разрешение всё же было получено, пусть и с оговоркой. Оперировать и принимать пациентов профессор мог только под наблюдением главврача.
Так хирург, чьё имя уже знали в широких медицинских кругах, начал работать в сельской больнице на положении поднадзорного. При этом, как подчёркивает Галина Кильб, Валентин Феликсович не пытался скрывать своих религиозных убеждений. В больничных стенах он говорил о Боге открыто, хотя в 1930–1940-х годах за подобные высказывания можно было легко получить новый срок.
Один из самых показательных эпизодов сохранился в воспоминаниях медсестры Валентины Мониной. Она работала вместе с профессором в местной больнице. Женщина рассказывала, как однажды на приём зашёл мужчина и с порога грубо заявил: «Я церковь ломал в соседнем селе Шила, мне стружка в глаз попала». Медсестра, зная о вере врача, попыталась остановить посетителя: молчи, мол. Но тот не понял намёка и повторил свои слова.
«И тогда Валентин Феликсович сказал: „Я тебя лечить не буду“. Сказал — сделал. Тогда с религией строго было, могли арестовать за такие слова запросто, а он ничего не боялся», — делится историей Галина Кильб.
Но к пациентам, которые приходили с верой и надеждой, отношение было совершенно иным. Перед сложными операциями хирург нередко произносил: «Если веришь, молись, молись — и будешь жив».
Местные жители, многие из которых были обязаны ему жизнью, вспоминали об этом с благодарностью спустя десятилетия.
Прищепки, ручки и рукопись
Музейная экспозиция, посвящённая периоду пребывания Войно-Ясенецкого в Большой Мурте, формировалась постепенно. Сегодня здесь можно увидеть предметы, которые делают образ святителя Луки удивительно живым и близким.
Среди самых трогательных экспонатов — деревянные прищепки. История их появления в фонде заслуживает отдельного рассказа. Галина Кильб делится воспоминаниями Лидии Коваленко. Мать Лидии Мария работала в больнице санитаркой, поваром, помогала профессору по хозяйству, стирала его белые рубашки с красивыми запонками. Однажды маленькая Лида увидела их и принялась трогать блестящие пуговки. Руки её были измазаны чернилами.
«Мама с этим испачканным бельём пошла к профессору и говорит: „Валентин Феликсович, я не смогу вам больше стирать. У меня такая балованная дочка“. А он говорит: „Это же ребёнок. Вы, наверное, её ещё и побили“», — воспроизводит разговор директор музея.
И хирург подарил прачке 20 прищепок на красной верёвочке. Три из них как особую реликвию Лидия передала в дар музею.
Сегодня эти нехитрые предметы — одни из главных раритетов экспозиции. Рядом хранятся две массивные латунные дверные ручки.
«Очень красивые, это на самом деле произведения искусства. Когда-то они были прикреплены к дверям хирургического отделения. Две из них при реконструкции достались нам. Спасибо большое сотрудникам райбольницы за это, — поясняет директор музея. — Эти ручки помнят прикосновение рук хирурга, который каждый день входил в операционную, чтобы бороться за жизни пациентов».
Но не только операциями была наполнена жизнь ссыльного профессора. Именно в Большой Мурте он завершил рукопись второго тома «Очерков гнойной хирургии» — труда, который спасёт тысячи жизней во время Великой Отечественной войны. Для подготовки книги требовались источники, недоступные в глубинке. Валентин Феликсович написал прошение на имя Михаила Калинина с просьбой разрешить поездку в библиотеку мединститута Томска.
Разрешение, вопреки опасениям, было получено. Он поработал с литературой на разных языках, собрал недостающие сведения. Вернувшись в село, завершил рукопись. В 1946 году книга вышла в свет, а её автор, всё ещё находящийся под надзором, был удостоен Сталинской премии.
Родник, выбранный хирургом
Ещё одно место, связанное с памятью о святителе, находится за пределами музея. Это родник, из которого Валентин Феликсович брал воду для приготовления лекарств.
«Именно в этом месте брал воду для изготовления микстур Валентин Феликсович, оценив её лечебные качества, — рассказывает Галина Кильб. — Местные жители давно заметили особенность этой воды: она не даёт осадка и накипи при кипячении, а на поверхности никогда не появляется плёнка. Вкус у неё мягкий, чистый, и сегодня сюда приезжают специально, чтобы набрать бутылку-другую в дорогу».
В 2020 году источник облагородили. Теперь посещать его гораздо удобнее: появились площадки, беседка, помост. Сам родник оформлен в виде избушки в несколько венцов, что придаёт месту почти сказочный облик.
Сотрудники музея не ограничились стационарной экспозицией. Они разработали выездной маршрут по местам пребывания Войно-Ясенецкого в Большой Мурте. Он разрабатывался в сотрудничестве с биографом святителя Семеном Кожевниковым, который много лет занимается исследованием жизни и деятельности этого удивительного человека. В основе — архивные документы, литературные источники и подлинные воспоминания очевидцев.
Интерес к маршруту стабильно растёт. Галина Кильб приводит цифры, которые говорят сами за себя.
«Если в 2021 году было четыре организованные группы, то в 2025-м — 53, и их количество растёт», – рассказывает она.
Среди гостей и взрослые, и дети. Чем объясняется такой интерес? По мнению Галины Кильб, личность Войно-Ясенецкого сегодня очень широко известна. Люди хотят узнать больше, а когда есть возможность прикоснуться к подлинным вещам, которые держал в руках сам хирург, впечатление остаётся совершенно иным. Самих очевидцев жизни хирурга в селе уже нет, но записанные с их слов истории продолжают звучать в залах и на экскурсиях.
«Ну какая ещё благодарность тут нужна? — размышляет Галина Кильб. — Я думаю, самая-самая искренняя благодарность – это хранение памяти об этом святом человеке».
Память о ссыльном хирурге и святителе Луке остаётся живой и тёплой — такой, как и его помощь людям в суровые годы.
Большемуртинский краеведческий музей основан в 2007 году. Расположен в историческом здании бывшего райкома КПСС и ВЛКСМ. Фонд насчитывает более 3,5 тыс. экспонатов археологии, нумизматики, этнографии и естествознания района. Центральное место занимает экспозиция, посвящённая святителю Луке (В. Ф. Войно-Ясенецкому).
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
С крестом и скальпелем. Почему памятники святому Луке получились разными 
Врач стал святым. Тяжелый путь гениального хирурга и епископа Луки 
Так начиналась вера. Как ссыльный хирург открыл церковь в Красноярске 
Духовное сердце Красноярска. Архиерейский дом: от операционной до алтаря