Вспоминая сына, жительница Ермаковского Светлана Фрей рассказывает о нём как об обычном мальчике, который стал героем. О том, что память сильнее смерти.
«Дима — мой первенец, — говорит Светлана Александровна. — Он родился 30 апреля 1996 года. Когда я его увидела, это было огромное счастье». Перелистывая альбом с фотографиями, мать улыбается. «В детстве он был такой щупленький, хотя родился крепышом — 4200 граммов. А потом вымахал в настоящего богатыря».
Был непоседой и сорванцом
«Дима был настоящим непоседой — заводным, энергичным, — улыбается женщина. — Обожал школьные чаепития и вечера, всегда организовывал ребят, бегал, суетился. Постоянно участвовал в соревнованиях, ходил на картинг. У нас сохранились его грамоты. От пятого класса у него осталась смешная грамота „Овощной чемпион“ — за огромный кабачок, который Дима принёс в школу.
А учёба давалась ему нелегко — на собрания я иногда ходила с корвалолом. Он не был идеальным — обычный пацан, любил играть в войнушку, лазать по крышам, носиться с ребятами. Но знаете, именно из таких сорванцов потом и вырастают настоящие, надёжные мужчины».
Вспоминая сына, мать рассказывает трогательную историю. «Дима очень любил детей. На свою первую зарплату купил игрушку — смешного белого котёнка с косыми глазами — для младшей сестрёнки. Потом она её где-то потеряла, заиграла...»
После гибели Дмитрия Светлана Александровна нашла того самого котёнка. «Я сказала дочке: „Давай сохраним его как память“. Теперь у меня есть специальная папочка, где я храню всё, что связано с Димочкой».
Особенно трогательно Светлана Александровна вспоминает один школьный День матери. «Они устроили небольшой концерт — пели, показывали сценки. Я сидела и смотрела на своего шустрого мальчишку... Таким он и остался в моей памяти — весёлым, ярким, полным энергии. Теперь пою эту песню своим дочкам, сёстрам Димы Василисе и Ульяне. И всегда плачу, только стараюсь, чтобы они не видели». Губы женщины дрожат, и она тихо напевает: «Мама — первое слово, главное слово в каждой судьбе...»
«Они пели так радостно! А я сидела и рыдала — слёзы текли ручьями. Тогда ещё никто не мог предположить, что будет дальше. Мы верили, что мы и наши дети будем жить в мире...»
Защищать семью
Светлана Александровна бережно разворачивает пожелтевшую справку. «После окончания школы Дима учился в Красноярском училище речников. Потом армия, воздушно-десантные войска... Судьба вела его по этому пути. И когда началась частичная мобилизация, его призвали одним из первых — ведь он опытный разведчик и снайпер. Я, как и многие, сильно переживала, плакала. Гнала от себя плохие мысли, но в душе знала: что-то должно случиться».
Дмитрий только начал жить — женился, нашёл хорошую работу, был окружён друзьями. Но однажды позвонил: «Мам, меня вызывают. Конечно, я пойду. Кто ещё будет защищать тебя и сестёр?» А после мобилизации он подписал контракт.
Дмитрия определили в 98-ю гвардейскую Свирскую воздушно-десантную Краснознамённую ордена Кутузова II степени, ордена Александра Невского дивизию. Пройдя спецподготовку, он оказался в зоне проведения спецоперации. «Сын выполнял поставленные задачи, был опытным бойцом, — говорит Светлана Александровна. — О службе он рассказывал, а вот о ранениях не сообщал. Говорил, что всё нормально, берёг меня».
Позже отец Дмитрия Александр Осипов рассказал Светлане Александровне, о чём говорил сын перед отправкой на своё последнее задание. «Дима понимал, насколько всё серьёзно. Надеялся, что всё будет хорошо, но сказал отцу: „Если что — везите меня домой, в Ермаковское“».
«В переписках осталось столько его голосовых сообщений — эти кружочки... — Светлана Александровна показывает телефон. — Собираю их все: у отца прошу, у невестки. Собираю всё, что связано с сыном».
«Я горжусь им!»
Светлана Александровна и Александр Геннадьевич трепетно хранят две боевые награды сына — медаль «За боевые отличия» и медаль Суворова. «Когда он сообщил о второй награде, просто сказал: „Мама, будет ещё одна медаль“. Не хвастался заслугами. — Голос матери дрожит. — Я горжусь им!»
Дважды Дмитрий был в отпуске — оба раза с семьёй в Кодинске, а в третий раз планировал навестить маму. «Его пригласили в редакцию газеты в Кодинске, когда он приезжал, — рассказывает Светлана Александровна, перебирая страницы газеты. — Какая-то сотрудница редакции там его обняла... Я даже позавидовала тогда: я так мечтала об этом объятии...»
В интервью Дмитрий, верный себе, избегал героических рассказов. «На вопрос о службе отшутился: „Мыши достают“. Не „противник“, а „мыши“... — Мать качает головой. — Скромный был. Если бы не жена Виктория, которая работала в администрации Кодинска и уговорила его пойти, возможно, даже этого интервью не было бы».
1 ноября Светлане Алек-сандровне принесли извещение: «Гвардии сержант Осипов Дмитрий Александрович при выполнении боевой задачи пропал без вести».
«Я была на работе, — вспоминает она тот день. — Мне сообщила об этом невестка. Но я верила, что он жив».
Два месяца надежды. Два месяца поисков. «Я искала сына только живого, верила в чудо, — рассказывает Светлана Александровна, перебирая пальцами край скатерти. — Мне было очень тяжело, но я продолжала верить, что сын жив».
Страшная правда настигла её в ночь на 27 декабря, в её день рождения. Чуда не случилось. Её Димы не стало. «Я была на ночной смене в детском саду. И вдруг вышел на связь один из сослуживцев сына. Он сказал: „Я знал вашего сына лично. Он мой друг, он погиб“». В ту ночь с ней случилось то, чего боялся Дмитрий: мать настигла эта боль, от которой он так тщательно её оберегал все эти месяцы.
Подробности Светлана Александровна узнала от сослуживцев сына: Дмитрий погиб в городе Часов Яр Донецкой Народной Республики. «Они шли на задание по обнаружению противника. Почти полторы недели в тяжелейших условиях. — Её голос становится тише. — Ели, что находили в заброшенных погребах». А до этого Дмитрий прошёл через Бахмут, был в Херсоне. В документах указано, что выполнял задания по всей территории — ЛНР, ДНР...
Недавно семья получила официальное свидетельство о смерти. «Часть признала его погибшим. При выполнении боевого задания. Героически». Сейчас часть ходатайствует о вручении Дмитрию ордена Мужества посмертно. «Это важно, но... — Светлана Александровна нежно поглаживает медаль „За боевые отличия“, — ничто не заменит его улыбки».
Он не вернулся. Но остался жить в памяти земляков, друзей, родных и близких.
Слово матери
«Для меня так важно сохранить память о сыне! — твёрдо говорит Светлана Александровна. — Пусть все знают, что мой сын — герой. — Она делает глубокий вдох. — Я хочу, чтобы люди понимали, какой страшной ценой достаётся этот мир. Ценой, которую матери не выразить словами».
В руках Светланы Александровны тот самый документ с казёнными печатями. «Невозможность эвакуации».
«Однажды Дмитрий сказал отцу: „Если что — напишите: За пацанов“. Он не сказал этого вслух, конечно, но он имел в виду памятник, — рассказывает Светлана Александровна, и в её голосе вдруг появляется твёрдость. — Он до последнего думал о своих ребятах. Они там как братья. Ещё в детстве Дмитрий всех друзей называл братьями. Я смеялась: „Дим, ну не может же быть столько братьев!“ А он отвечал: „Мам, они мне все братья“. И теперь они действительно стали семьёй».
Еще одну горькую исповедь матери погибшего бойца читайте тут.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
«Бронежилет всегда с собой». Как Белгород встретил корреспондента из Сибири 
Не всех удалось спасти. Боец «Марио» честно рассказал об участии в СВО 
«Ему 24 года, мне 40». Трогательная история любви бойца СВО и «лучшей жены» 
Нашли в заброшенном окопе. Боец СВО честно рассказал, что помогло выжить 
«На месте смерти видела ангелов». Горькая исповедь мамы погибшего бойца СВО