Екатерина Панкратова с 2023 года возит гуманитарные грузы в зону специальной военной операции. Она самостоятельный гуманитарный волонтёр СВО при поддержке Красноярской железной дороги, хотя сама себя волонтёром не называет. «Это уже образ жизни. Я с детства такой была: помогала кошечкам, собачкам, таскала птенцов домой. А теперь — вот», — с улыбкой говорит Екатерина.
Мы встречаемся с ней в помещении, где хранятся гуманитарные грузы, готовые к отправке: коробки с макаронами, берёзовые веники, вязаные талисманы в виде животных в бронежилетах, палатки, матрасы. На одной из полок в рамке стоит скриншот с украинского сайта «Миротворец» с фотографией и данными Екатерины — туда заносят россиян, которые поддерживают СВО. На снимке шуточная надпись «В розыске», сделанная подругой женщины. «Выглядит как шутка, но что-то не смешно», — замечаю я, и Екатерина соглашается.
«ПАНТЕРА» из поезда беженцев
Екатерина Панкратова родилась и выросла в Ачинске. В 2007 году переехала в Красноярск и устроилась на железную дорогу. Она хорошо помнит момент, когда в сентябре 2014 года в столицу края пришёл первый поезд с беженцами из ЛНР и ДНР.
«Спустя два месяца я случайно познакомилась с молодой женщиной из этого поезда. Как потом оказалось, эта женщина, Галина — ополченка из ЛНР. После третьей контузии командир буквально силой посадил её в автобус и отправил в Россию, чтобы она восстановилась и спасла ребёнка от ужасов, что там происходили», — вспоминает Екатерина.
Они подружились, и Екатерина слышала рассказы о том, что происходит в Луганске, не из новостей, а от живых свидетелей.
«Её позывной — „ПАНТЕРА“. Я очень горжусь знакомством с ней. Она у меня разведчик-снайпер в звании старшего сержанта. Принимала участие в эвакуации женщин и детей в 2014 году. Тогда через единственную на весь Донбасс дорогу жизни было спасено более 250 детей», — рассказывает женщина.
Когда началась спецоперация, у Екатерины был свой магазин детской одежды, и она собирала коробки с вещами для гражданских.
«Всё хочу увидеть своими глазами»
Всё изменилось осенью 2022 года. Мобилизовали Сергея, старшего брата Екатерины. У него была возможность по брони остаться дома, но мужчина отказался. В декабре 2022 года подразделение Сергея перебросили в зону СВО. Вскоре пошли первые гуманитарные конвои. Екатерина узнала, что семьи сослуживцев брата собирают деньги на тепловизор для их подразделения, решила с этой отправкой передать ему личную посылку.
«Я понимала: если придёт посылка из дома, даже с его любимой колбасой, ему это будет приятно. Мы с мамой собрали две коробки: она насушила сухариков из его любимых булочек, которые всегда нам пекла с самого детства, я купила чай, кофе, оливки. Сходила в школу и детский сад, которые находятся от меня через дорогу, попросила детей написать письма и нарисовать рисунки», — вспоминает она.
А в феврале 2023 года в очередном разговоре с братом она твёрдо сказала: «Я к тебе приеду. Пока не знаю как, но приеду. Мне нужно всё увидеть своими глазами».
Брат был категоричен: «Тебя сюда не пустят, тут блокпосты». После этого он долго не выходил на связь с Екатериной и передавал приветы через маму. Но она уже решила.
В июле 2023 года Екатерина собралась в первую поездку. Списалась со своей луганской подругой-ополченкой; было решено, что будет жить у неё. Взяла с собой 20 коробок с адресными посылками для ребят, которые жили с братом в одном кубрике в учебке.
«С братом я так и не встретилась тогда, он был на задании там, где шли ожесточённые бои. Я провела в зоне СВО почти три недели. Мне было важно посмотреть: как двигаются наши военные, какая обстановка», — говорит Екатерина.
Мама изначально была против её поездки в зону СВО, отец отнёсся стойко: знал, что если дочь задумала что-то, то дойдёт до конца.
«Когда я вернулась домой, мама бросилась на меня и просто говорила: „Ты где была, мой ребёнок?“ И плакала. Никогда не забуду этот момент. Вечером, когда я приехала, был дождь с грозой; в тот же момент я поняла, что больше не люблю такую погоду», — признаётся волонтёр.
Екатерина думала, что та поездка станет единственной. Но по возвращении ей написали военные из той же воинской части: «Катерина, а можете нам передать матрасы?» Так начался её путь в большую гуманитарную работу. Она обзвонила всех знакомых, руководителей и коллег по работе и «выполнила план» по матрасам.
«Накануне второй поездки муж спросил: „Ты куда?“ Я ответила: „К пацанам, которым матрасы нужны“. Он посмотрел на меня, покрутил пальцем у виска и махнул рукой. Не первый год же женат на мне. Муж с самого начала меня поддерживает», — говорит Екатерина.
Сопровождала брата в последний путь
В марте 2024 года у неё была запланирована ещё одна отправка в зону СВО. За несколько недель до этого пришло известие: её брат Сергей, который числился пропавшим без вести, погиб.
«В тот момент, когда я собирала этот груз, мама сказала: «Ты от поездки не отказывайся. Там мальчишки живые, им помощь нужна», — вспоминает волонтёр.
Та поездка оказалась самой тяжёлой в жизни Екатерины. Ей нужно было найти тело брата и вернуть его домой.
«Мне пришлось лететь с Серёгой одним бортом в качестве сопровождающей. На том самом военном самолёте. Через четыре дня после похорон я умотала обратно туда, к ребятам: нужно было доделать отчёты о доставке и передаче гуманитарки. Что теперь может случиться страшнее? Наверное, только если меня убьют. Всё», — тихо говорит женщина.
Смерть брата Екатерина объясняет тем, что у Сергея было собственное предназначение.
«Да, у меня был сложный путь, чтобы вернуть его домой. Но за это время вокруг меня появилось очень много людей. С того момента мы многих ребят, кто числился пропавшим без вести, вернули домой. В этом, наверное, и был смысл его смерти — дать другим возможность возвращаться быстрее. Даже если это „груз 200“», — заключает женщина.
Команда «Чебурахнутых»
Работа Екатерины — это не только сбор и доставка грузов. Это постоянная связь с десятками подразделений. Она видит всё изнутри и чётко понимает, кому помощь нужна больше.
«Ребята учат меня многому, объясняют, что и зачем нужно. Я любому спонсору могу объяснить, чего там реально не хватает, потому что видела сама», — говорит она.
Поначалу Екатерина была одна. Но теперь у неё есть команда соратников: Настя «Ратель», гуманитарный волонтёр, организатор сообщества «Фонд помощи участникам СВО Манского района»; ветеран СВО Артём с позывным «Аргун», который помогает Екатерине с погрузкой, выгрузкой, логистикой, передачей гуманитарной техники и груза. А ещё Тамара «Феникс» — она организует пошив маскхалатов, антидроновых одеял, собирает деньги на покупку тканей, пакует для бойцов чай, шьёт шапки, вяжет и многое другое, и Наталья Могилевская, организатор волонтёрского движения «ZоV Тайги», где плетут маскировочные сети, шьют антидроновые одеяла, готовят сублимированные супы и каши для бойцов.
«Мы все друг друга дополняем, и именно поэтому работа делается как нужно», — уверена Екатерина.
У неё есть общий чат с соратниками, который она в шутку называет «бандой чебурахнутых». Название родилось из истории с шевроном. Однажды в Луганске она увидела в военторге четыре шеврона с этим зверьком и надписью «Зачебурашим». Ровно по числу её тогдашней команды военных. Один из тех ребят, у кого был этот шеврон, погиб. А свой Екатерина никому не отдаст. Это её талисман.
Напомним, ранее ветеран СВО рассказал о суровых буднях бойца.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
«В лицо смерти смотрели». Ветеран СВО рассказал о суровых буднях бойца 
«Мы не предадим». Ветеран СВО потерял руку, но не утратил силу духа 
Зайчик в бронежилете. Юные красноярцы пишут бойцам письма 
Характер в деле. Участники СВО находят призвание в мирной жизни 
Светлый взгляд. Живописец Назаров рассказал, как писал портреты бойцов в ЛНР