Примерное время чтения: 9 минут
470

«А моя научила Хворостовского фехтовать». Трогательные истории о мамах

«АиФ на Енисее» №10 (2259) 06/03/2024
Анна Киселева / Из личного архивa

Мама – человек особенный, очень важный. Часто лишь во взрослом состоянии мы можем оценить, что для нас делала мама, какой жизнью жила. Многие мамы на себе испытали тяготы войны, голод, одиночество, но никогда не переставали заботиться о своих детях.

Привела в профессию

Анна Киселёва – солистка Красноярского государственного театра оперы и балета. Мама – Людмила Васильевна Киселёва.

– Мама больше 30 лет преподавала сценические дисцип­лины в Красноярском институте искусств, в том числе фехтование и сценическое движение. Дмитрий Хворостовский когда-то прошёл у неё дополнительный курс обучения. И позже в мировой прессе всегда отмечали его блестящее владение шпагой в оперных спектаклях. Маме я обязана профессией оперной певицы. Когда мне было 14 лет, она привела меня на прослушивание в Красноярское училище искусств (ныне колледж им. Иванова-Радкевича), и педагоги посоветовали поступать на вокальное отделение, хотя принимали тогда только после окончания средней школы. Но меня приняли, и началась моя творческая жизнь.

Хрупкие плечи и стойкость натуры

Александр Чернявский, член Общественной палаты Красноярского края, политический обозреватель. Мама – Анна Артёмовна Силина.

Фото: Из личного архивa/ Александр Чернявский

– Мама пережила оккупацию, но самыми тяжёлыми в своей жизни считала послевоенные годы в Белоруссии, где родилась. Больше других республик СССР она пострадала от немцев. Оккупанты не только погубили десятки тысяч людей, сожгли сотни деревень, но и нанесли страшный удар по экономике. В колхозах остались в основном женщины и подростки. Пахали не на лошадях – на себе!

Времена были голодные: чтобы выжить, люди ели хлеб из лебеды, мёрзлую картошку. В конце сороковых годов моего деда по доносу соседа сослали в Красноярск. Вслед за ним в Сибирь приехали бабушка с мамой. Парадоксально, но после голодной Белоруссии, по словам мамы, сибирская ссылка показалась им… раем: в красноярских магазинах тогда уже был полный, как сегодня сказали бы, «борщевой набор».

Много лет мама проработала на бассейне ЛДК-4, где она баграми направляла брёвна на бревнотаску для дальнейшей обработки. Работа была физически очень тяжёлой, особенно в зимнее время. На школьных каникулах я иногда помогал маме. Работать здесь, конечно, должны были только крепкие мужики, но видел на бассейне я только женщин. Такие были времена. Мамин труд не раз отмечали наградами, но вряд ли они стоили подорванного на этом бассейне здоровья. Мама до сих пор остаётся для меня примером стойкости и умения противостоять жизненным невзгодам.

Прощальная записка

Александр Купцов – портретный фотограф. Мама – Валентина Маркияновна.

– Мама девочкой пережила голод 1932–1933 гг. на Украине. Почти все соседи и друзья умерли, а мама выжила благодаря тому, что отец работал шофёром, и у него была пайка. Потом отец (мой дед) умер от сердечного приступа, мама как раз окончила первый курс медицинского института в Киеве. Началась война, и она ушла в село к родственникам. Спецотряд немцев несколько раз заходили в село и забирал молодых и здоровых в Германию в трудовые лагеря, а евреев, цыган, коммунистов – на расстрел. Тётка, почуяв неладное, надоумила, что надо прикидываться ненормальной, поэтому старая рваная одежда и грязное лицо спасли маму от отправки в Германию.

Фото: Из личного архивa/ Александр Купцов

Была у мамы любовь, они много лет с одноклассником, евреем, любили друг друга и встречались. Но когда началась война, его в первый же приход немцев забрали и вместе с другими заперли в большом сарае. Мама несколько дней ходила к нему за семь километров с какой-нибудь передачкой, и они общались через щель в стене. Однажды он передал ей маленькую поделку, завязанную в узелок. Мама пришла домой, развернула, а там оказалась прощальная записка со словами любви и о том, что завтра их должны расстрелять. Она бросилась опять к нему, но сарай был пуст. А через несколько дней в лесочке мать нашла свежее захоронение.

После войны мама окончила мединститут. Вышла замуж за боевого офицера, моего отца... Несколько раз отец напивался до белой горячки, припоминал маме оккупацию и пытался всех убить (посттравматический синдром после войны). А мама, Валентина Маркияновна, была красивой, весёлой, умной и уважаемой женщиной. Очень почётной профессии (особенно в те времена) – зубной врач. Я пошёл в неё, очень люблю и часто вспоминаю её.

Пример с дымком

Макс Антипов – режиссёр и ведущий. Мама – Наталья Григорьевна Горелова.

– Мама много лет работала художественным руководителем Дворца культуры Красноярского металлургического завода. Был у неё отдельный просторный кабинет с большим, красивым столом и окном в полстены. Помню, мне было лет двенадцать. Опасная близость подростково-переходного периода всегда заставляет родителей особо быть начеку. Моя мама не исключение, всегда старалась быть моральным авторитетом. В том числе по части отношения к курению: периодически говорила, что курить нельзя. Тем более что попытки с моей стороны уже, конечно, были. Как-то раз после школы иду к маме на работу. Без стука заглядываю в открытую дверь маминого кабинета, где она о чём-то дискутирует по телефону. Сидит она за своим столом на фоне огромного окна, худенькая, с модной короткой стрижкой, в белой водолазке, и весь этот прекрасный образ дополняет... сигарета, которой мама изящно затягивается. Как раз в этот момент вхожу я.

Фото: Из личного архивa/ Макс Антипов

О ужас! Сейчас моральный облик матери рухнет в глазах сына! Мама резко опускает руку с сигаретой под стол и, не открывая рта, смотрит на меня красивыми своими глазами. А дым от сигареты медленной струйкой течёт вверх. Мама молчит, чтобы не выдохнуть дым из лёгких, и улыбается кончиками губ. Мол, попалась, но ты же понимаешь, сынок… Когда вспоминаю эту историю, тоже улыбаюсь. Да, мама, я понимаю. И люблю.

И кочегары мы… и мамы

Валерий Власов – кандидат юридических наук, член Общественной палаты Красноярска, заместитель председателя правления ККРОО «Союз десантников Красноярского края». Мама – Татьяна Павловна Гаркушова.

– В Краснодарском крае у нас был частный дом, который мама построила сама. Работала она кочегаром на асфальтовом заводе, была ударником коммунистического труда. Когда умерла бабушка, присматривать за мной стало некому. Мама уходила на работу на сутки. Чтобы ночью проверить, всё ли у меня в порядке, она проделывала большой путь. Телефонов тогда не было, а расстояние было ого-го! Мама проверяла меня и шла назад, на работу.

Из дома я уехал в 17 лет. Учился и всегда помогал маме, потому что помогать больше было некому. Жизнь меня мотала, но я всегда находил деньги, чтобы послать маме. Когда мне было 32 года, мама умерла. Приехал на похороны. Разбирая вещи, нашёл сбер­книжку. Все деньги, что я ей посылал, до единой копейки, лежали на карте. Мама ни копейки не потратила. Я думал, у меня разорвётся сердце. Вот такая материнская любовь…

Фото: Из личного архивa/ Валерий Власов

Стилист на дому

Екатерина Мишанина, актриса театра Пушкина. Мама – Надежда Федоровна.

Фото: Из личного архивa/ Екатерина Мишанина

– У мамы был очень хороший вкус. Она всегда красиво одевалась сама и для нас с братом даже во время дефицита умудрялась найти такое, что мы всегда выглядели с иголочки. А потом она научилась шить, вязать, и мы с братом ходили в эксклюзивных нарядах.

В один из маминых отпусков, когда я уже училась в старших классах, я каждый день ходила с новой причёской. Когда мама работала, ей некогда было меня заплетать, а тут каждый день она делала мне разные причёски. И когда я заходила в класс, девчонки говорили: «Давай поворачивайся спиной!» Я поворачивалась, и они разглядывали, что там мама наплела. Жаль, что не было фотоаппаратов, но мама ставила зеркало, и я смотрела, что там. Этот мамин отпуск я запомнила на всю жизнь.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ читаемых

Самое интересное в регионах