Учитель и многодетный отец Роман Газищин из Северо-Енисейского ушёл на СВО добровольцем, а сейчас помогает ветеранам и школьникам.
Удивительно, но за время службы на передовой не получил ни одного ранения, рассказал он krsk.aif.ru.
Семейные традиции
Свою жену Роман знает со школы. Они выросли в одном посёлке, ходили по одним улицам, видели одни и те же закаты. Но по-настоящему их отношения начались позже, когда оба уже были студентами. Она училась на ветеринара, он — в Красноярском институте спортивных единоборств имени Ивана Ярыгина. Специализация — вольная борьба. Но Роман шутит, что главный бой его жизни — это воспитание четверых детей.
В многодетной семье растят трёх сыновей и дочь Софию. Младшему из мальчишек недавно исполнилось четыре года, старший уже перерос отца по разнообразию в своих интересах, средний ходит в спортивную секцию. А София обижается до сих пор, если отец заговаривает о командировках в зону СВО.
«Десять лет, а характер уже виден», — улыбается Роман.
Дело в том, что дети узнали, куда поехал отец, только когда он уже был на передовой. Жена поняла и поддержала. А дочка сочла, что с ней надо было посоветоваться. Но мужчины в этой семье всегда действуют по-своему.
Летом по вечерам, когда тепло, родители с детьми идут на местный стадион. Это традиция, которую завёл глава семейства. Сначала, конечно, разминка: Роман даёт детям небольшие задания — попрыгать, пробежаться, сделать растяжку. Потом они просто носятся по полю, играют в салки, катаются на велосипедах. Жена тоже занимается — бегает, делает упражнения. Дети смотрят и повторяют.
«Им же всё равно, что ты говоришь, — объясняет Роман. — Ребята видят, как мы с мамой двигаемся, тренируемся, и сами тянутся следом. Вот это и есть настоящее воспитание, не словом, а делом».
После института он вернулся в родной район и устроился в школу учителем физкультуры. Казалось, жизнь определилась: любимая работа, большая семья, крепкий дом. Но через два с половиной месяца пришла повестка в армию.
Роман попал в спецназ внутренних войск в Железногорске. Отслужил, вернулся, устроился в другую школу — уже преподавателем основ безопасности. Основал военно-патриотический клуб «Росомаха». В общем, жил обычной жизнью учителя.
Дело чести
Когда началась спецоперация, вопрос для Романа стоял не «пойду или нет», а «когда». Отец-танкист с детства рассказывал ему об армии, долге, чести. Три двоюродных деда не вернулись с фронта. В семье вообще не привыкли обсуждать такие вещи — их просто делали.
«Я даже не думал, — говорит Роман. — Обсуждалось только одно: когда именно, чтобы семье было полегче».
На тот момент младшему сыну исполнилось только полтора года. Роман сознательно ждал, чтобы тот немного подрос: не хотел оставлять жену с грудничком на руках.
Под мобилизацию он как многодетный отец не попал, но, когда пришло время, сам пошёл добровольцем и подписал краткосрочный контракт. Детям сказал, что уезжает в командировку. Правду они узнали, когда он уже был на передовой.
Был штурмовиком, затем перешёл в снайперскую группу. Восьмидневная подготовка легла на армейский опыт и тренерскую работу с подростками в «Росомахе». Он знал, куда идёт.
Первого боевого командира запомнил навсегда. Тот был младше Романа — дерзкий, резкий, с вечной ухмылкой и привычкой лезть в самое пекло. В мирной жизни Роман, скорее всего, обошёл бы такого стороной. Но там, на передовой, эти качества оказались бесценны.
«Я ему прямо сказал: ты хулиганистый, но ты мне нравишься», — вспоминает Роман. — Он погиб».
Был и другой случай. Их группа — пять человек — оказалась в ситуации, когда никто не решался взять на себя командование. Все ждали, что кто-то другой примет решение. Роман сделал шаг вперёд.
«Пришлось остаться командиром уже на позиции», — говорит он коротко: просто взял ребят и повёл вперед.
Один из двадцати
Из 20 человек, попавших на это направление в тот же период, Роман Газищин остался цел один. Почему, он не берётся объяснять и не пытается искать в этом какую-то закономерность.
«Всевышний распорядился, — пожимает он плечами. — Я не знаю почему».
Когда контракт закончился, поехал домой. Никому не звонил, никого не предупреждал. Утром пришёл в школу на прежнее место работы. И через три дня уже стоял перед классом.
«Я не говорил, что ухожу, ни на работе, нигде, — объясняет он. — Вернулся и приступил».
Коллеги и ученики, конечно, всё поняли. Но никто не задавал лишних вопросов: в Северо-Енисейском уважают чужие границы. А Роман просто снова стал тем, кем был до спецоперации: учителем, отцом, мужем.
«Сибирский характер»
О кадровой программе для участников СВО «Сибирский характер» он узнал через администрацию округа. До этого ему уже предлагали поучаствовать в разных проектах, и он привык относиться к таким предложениям без особого энтузиазма. Заполнил тест с мыслью: пусть отстанут.
«Я вообще несерьёзно отнёсся, — признаётся он. — Думал, очередное что-то, просто поучаствовать, для галочки. А потом узнал, что из тысячи человек отбор прошли всего 60 претендентов».
Когда приехал на первый модуль, всё изменилось. Уровень преподавателей, серьёзность подхода, сама атмосфера — это было совсем не то, чего он ожидал.
«Только тогда до меня дошли слова президента, — говорит Роман. — Поверил и в преподавателей, и в себя».
Программа дала ему не только знания, но и круг единомышленников, людей, с которыми он до сих пор на связи.
«Я бы никогда такого не узнал, с такими людьми бы не познакомился, — говорит он. — Это большое благо».
Сегодня Роман Газищин — депутат Совета Северо-Енисейского муниципального округа. Входит в комиссию по здравоохранению, спорту и работе с ветеранами.
«Администрация у нас очень лояльная и отзывчивая, — говорит он. — Ветераны боевых действий получают максимум внимания».
Недавно вместе с коллегами съездили к одному из вернувшихся бойцов, предложили ему достойную работу. Он согласился, проходит комиссию. Для Романа это живой пример, когда человеку дали шанс начать новую жизнь.
Сам он продолжает преподавать. Его предмет — «Основы безопасности и защиты Родины». Старшеклассники, конечно, знают, где был их учитель, и иногда задают вопросы — осторожно. Роман отвечает так же, без особых подробностей, но и без показной суровости.
«Моя задача — учить их так, чтобы они были готовы к реальным боевым вызовам, — говорит он. — Хотя обстановка постоянно меняется».
Чему его научила спецоперация? Роман задумывается. И отвечает так: «Видеть настоящее. И обострилось чувство справедливости во всём. Это особенно ценно».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
«Вы будете мною гордиться». Сибиряк тайком ушёл на СВО и вернулся героем 
Журналист с сибирским характером. Ветеран СВО помогает боевым товарищам 
Медик по наследству. Внучка фронтовика спасала раненых на передовой 
«Как я братишек брошу?» Боец стал волонтёром после четырех контрактов