Примерное время чтения: 7 минут
313

Имя придумали в Париже. «Яхонту» рукоплескали Ален Делон и Александр Лебедь

«АиФ на Енисее» №21 (2166) 25/05/2022
Название группы придумали в Париже.
Название группы придумали в Париже. / Геннадий Каледа / Из личного архива

Франция, Южная Корея, Австрия, Чехия, ОАЭ, Таиланд – практически полмира объехала со своими песнями группа «Яхонт». Кремль, Поклонная гора, Сирия – на многих знаковых площадках выступали музыканты. Но каждый раз возвращались в Сибирь. Туда, где семьи, где прохладный таёжный воздух, где поётся и пишется так, как нигде больше.

Здесь же, в Сибири, появились первые поклонники, среди которых губернатор Лебедь и французский актёр Ален Делон, попросивший после концерта диски и увёзший их друзьям. Есть в опыте группы и музыкальная встреча с легендарной «Boney M».

В редакцию «АиФ-Красноярск» поговорить о творческих вехах пришли создатели и участники группы Флорид Исламов и Андрей Иголкин. А также вокалист Алексей Орлов, прибывший сразу с приёма губернатора, где получил звание заслуженного работника культуры Красноярского края.

Нашли друг друга

Елена Бухтоярова: Флорид, вас уже при двадцатилетии группы называли легендарным. Во многом вашими усилиями группа и держится. И, конечно, Андрей, бессменный композитор и бас-гитарист. А помните, с чего всё начиналось?

Флорид Исламов: 30 лет назад я работал со скрипачом в ресторане «Яхонт». Андрей играл в группе «Уикенд», исполнявшей популярные российские и зарубежные песни. С Андреем на тот момент мы уже были знакомы, на почве музыки дружили, я ему тогда даже клавиши подарил. Андрей с группой сделали песню «Чёрный ворон», и она, как говорят, хорошо покатила.

Зародилась идея: не сделать ли ещё песен? Наш будущий вокалист Сергей Селиванов работал тогда в «Енисейских зорях» барабанщиком. И тут выяснилось, что «Енисейские зори» едут в Париж. Их выступления надо было разбавить песенным репертуаром. Ребята подошли ко мне с предложением: мол, зачем ехать в столицу Франции с эстрадой? Сделали четыре казачьи песни. Они имели ошеломительный успех. Решили проект русских народных песен продолжить. Убедил руководство, что мы нужны здесь. Нас начали поддерживать. А название, кстати, тогда же в Париже и родилось.

Андрей Иголкин: Хочу отметить, что тогда, в 1993 году, собрались совсем уже не мальчики, а состоявшиеся музыканты. Флорид на тот момент был победителем всевозможных конкурсов, участником нескольких коллективов. Да и мы с ребятами поиграли в разных коллективах: и рок, и джаз, и многое другое.

Эхо Ободзинского

– Состав группы не раз менялся. Алексей в составе группы восемь лет. Как происходило внед­рение новых участников?

Ф.И.: Когда погиб Сергей Селиванов, пришлось искать вокалиста. Было непросто. У Сергея был дар – душа, глаза, харизма! Без специального образования он так исполнял песни, что душу выворачивало. И кто только не приходил на прослушивания! Даже племянник Ободзинского. Но Алексея Орлова мы первым послушали. А он тогда нам отказал.

Алексей Орлов: Я тогда в кафе пел, и не было мыслей куда-то уходить. Но как-то очередной раз Флорид позвонил, сказал: «Выручай!» Я согласился, так и остался. И очень этому рад! «Яхонт» мне многое дал.

– 30 лет – солидный период. Мало какие группы до такого возраста доживают. А у вас целая эпоха – в кассетах, дисках и Интернете. В чём видите секрет долголетия – и группы, и ваших песен?

Ф.И.: «Дундари» – одна из первых песен. Её до сих пор весь зал поёт. Приятно, когда после концерта подходят люди, прошедшие Чечню, Афганистан, и говорят, что на слезу прошибло. Хотя они видели всё. Это стоит игры. Трогают русские народные песни. И авторские песни я стараюсь делать в славянском ключе, мелодике, ладе. Постоянное обращение к народным истокам.

Многие песни Анд­рея Иголкина мы относим к народному блоку: «Горе – не горе», «Казачья» – более 30 песен. Наши записи где только не продавали. Границ для песен нет. Кстати, второй раз в Париж мы полетели уже по приглашению – как полноценная группа. Французы после нашего концерта «Чёрным вороном» нас и провожали. Причём на русском языке пели не «офранцузившиеся» русские, а коренные французы. Корявенько, но очень старательно. Выучили! Мы заставили уважать русский язык через песню.

А.И.: Кстати, нам через несколько лет пришло письмо от преподавателя русского языка в военном французском колледже. Она прислала ролик, сделанный учащимися: птица машет крылами. А внизу кадра идёт текст на русском и французском языках. Будущие военные курсанты изучали русский язык по нашей песне.

Не фанера над Парижем

– Сегодня как никогда, наверное, актуален момент творчества без границ. Навязываемому извне отрицанию принадлежности к русскому можно противопоставить то, чему вы не раз становились свидетелями: тому, как душа человеческая отзывается на настоящее, душевное, независимо от языка и национальности.

Ф.И.: Иногда до слёз! И тогда, во Франции, и в России. Ладно, в Красноярском крае нас знают, но приезжаем мы в какой-либо город далеко от Красноярска... В Курган, например, или в Подмосковье – молодёжь лет пятнадцати-двадцати наши песни поёт! И даже не народные, авторские! «Ковыль» Андрея вся страна поёт. «Бессмертный полк» ушёл далеко за рубеж. Когда наши песни поют 18–25-летние, у меня слёзы текут, мне хочется поклониться им: это дорогого стоит. Нашим первым поклонникам уже за 60 и 80 лет. Мы продолжаем их любить и радовать. Но новое поколение по-хорошему удивляет.

– Подкупает слушателя и живое исполнение. Работа без «фанеры» – это принципиально для вас?

Ф.И.: Да. В девяностые, когда нормальной аппаратуры не было, грешили иногда. Правда, мне всегда стыдно было. Я играющий музыкант, и мне стыдно просто подыгрывать. А уже после был единственный случай с применением фанеры – в Кремле. Там требования такие, чтобы звук и картинка были идеальные.

А.И.: Выступать вживую кайфовей. И результат лучше. «Фанера», записанная когда-то в студии, звучит лишь на определённых колонках. А выходишь на улицу – и голоса кажутся не такими, как надо. Где-то хочется громче или тише. Как это сделать с фонограммой? Чуть подрегулировать – и всё. А когда коллектив отстраивается для живого звука – на это уходит и час, и три. Мы за это время делаем идеальную картинку именно для той
аудитории, что в зале. И звучать будет лучше «фанеры». Но и ошибиться нигде нельзя. А это особый адреналин.

Наши песни – о родине

– Мне кажется, песни, которые исполняет группа «Яхонт», – это песни людей, которые любят свою родину. В связи с тем, что сейчас на Украине проходит спецоперация, многие звёзды шоу-бизнеса покинули страну. Уехали туда, где, им кажется, их ждут. Нет ли у вас такого желания? И как долго мы можем вас слушать и любить?

Ф.И.: Спасибо за вопрос. Я мог бы сказать: мы не заработали на жизнь там. Но дело не в этом. Без пафоса – мы любим свой край, свою родину. И у нас сейчас идея слетать в Донецк, поддержать наших бойцов. В своё время мы были в Сирии, выступали для наших военных. Держим связь с министерством обороны. 12 мая должны были быть в Донецке, но министерство поездку пока перенесло.

«Яхонт» никогда не остаётся в стороне. Мы и для врачей, и для ветеранов войны и больных детей, и на Поклонной горе концерты делали. Выступали бесплатно. Это наша позиция.

А вообще, по нашим песням всё понятно. Мы не поём такие, что крутят по телевизору, может, это кому-то и не нравится. Но то, что звучит там, не трогает ни ум, ни сердце. Наши песни – о родине.

Досье
Флорид ИСЛАМОВ. Родился в 1956 г. в Уфе. В восемь лет самостоятельно научился играть на тальянке, окончил музыкальное училище по классу валторны. Учился на эстрадно-духовом отделении Самарского института культуры. Работал в симфонических, джазовых, эстрадных, фольклорных коллективах в филармониях Самары, Горького, Казани, Перми, Москвы. Руководил диксилендом, вокально-инструментальными, фольклорными ансамб­лями. С 1992 года бессменный руководитель группы «Яхонт». Клавиши, аккордеон, вокал.

Досье
Андрей ИГОЛКИН. Родился в 1963 г. в Красноярске. Окончил Абаканское музыкальное училище, джазовое отделение, класс саксофона. В 1990 году основал с Ю. Колосовым ансамбль «Уикенд». С 1993 года играл в ресторанах, затем в группе «Яхонт». Композитор, клавиши, бас-гитара, саксофон, вокал. Писал песни для Светланы Рерих, Фанни, Саши Ч.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ читаемых

Самое интересное в регионах