aif.ru counter
715

«Бьём фрица. И будем бить до самого Берлина»

«АиФ на Енисее» №6 (2046) 05/02/2020
Немецкое командование хвасталось: «Русские могут взять Берлин, но Кёнигсберг - никогда».
Немецкое командование хвасталось: «Русские могут взять Берлин, но Кёнигсберг - никогда». © / Станислав Ломакин / АиФ

«За мной особых подвигов не было. Воевал, как все», - говорил девятнадцатилетний старшина односельчанам в июле 1945 года, приехав на побывку. И спустя десятилетия седовласый ветеран Илья Тищенко будет скуп на воспоминания. Его биография вместила военную и послевоенную историю великой страны.

Спустя десятилетия седовласый ветеран будет скуп на воспоминания
Спустя десятилетия седовласый ветеран будет скуп на воспоминания Фото: Из личного архива/ Ирина Тищенко

Накануне 75-летия Победы редакция объявила акцию «Бессмертный полк в «АиФ». Одной из первых к журналистам обратилась дочь фронтовика Ильи Дмитриевича Тищенко и попросила рассказать об отце. 

Медаль «за отвагу»

В 1941 году после окончания канского сельхозтехникума 16-летний Илья вернулся в родное село Малые Ключи. Его сразу назначили на должность кустового механика МТС, потому что ставить было некого. Все трактористы ушли на фронт. В его подчинении были лишь девчонки, на плечах которых и лежала забота выращивать хлеб для фронта. 

В ноябре 1943-го он был призван на фронт, и как ни уговаривал безрукого военкома директор МТС, в чьём подчинении находился Илья, бронь для парня не выхлопотал. Чему тот был очень рад, потому что рвался бить фашистов.

Отправили его в 120-й резервный стрелковый полк под Канск. Там, в учебке, и проходил он боевую и политическую подготовку наводчиком номер один миномётного расчёта. Учился всю зиму и весну. Тогда уже была освобождена значительная часть Украины, Полтавская область. Началось освобождение Белоруссии. В мае 1944 года молодых солдат посадили на поезд и отправили на 3-й Белорусский фронт. Тогда уже шли кровопролитные бои за Витебск. О первом боевом крещении рядового Тищенко и его друга по учебке Оси Зальдмана рассказал в книге, посвящённой 75-летию Ильи Дмитриевича, известный красноярский писатель Анатолий Зябрев. Молодых бойцов отправили защищать с флангов разведгруппу, которую послали за «языком».

Ребята ползли в кромешной тьме: лишь когда вверх взмывала ракета, можно было ориентироваться в пространстве. Илья услышал взрывы гранат в расположении немцев, они тут же начали обстреливать нейтральную полосу. В небе повисли шипящие ракеты, озаряя всё вокруг. Илья практически в упор начал стрелять по огневым точкам противника - в ответ заговорил немецкий миномёт. За секунду до того, как бруствер окопа накрыла немецкая мина, рядовой прыгнул в траншею. Тогда всем участникам операции удалось вернуться живыми. Первое ранение, после которого на два с лишним месяца попал в полевой госпиталь, он получил, когда отправился на выручку роте, державшей круговую оборону в оккупированном противником белорусском посёлке. Тогда же был награждён первой боевой медалью «За отвагу». Из госпиталя написал домой: «Бьём фрица. Бить будем до самого Берлина!»

«Погиб, как герой»

Полк, в котором служил ефрейтор Тищенко, вёл ожесточённые бои за освобождение Каунаса. С группой бойцов ему было поручено ликвидировать снайпера, который засел в старом костёле. Им оказалась монашка. По приказу Ильи её оставили в живых, забрав немецкую снайперскую винтовку. Уже в мирное время Илья Дмитриевич побывает в местах, где воевал, в том числе и в каунасском костёле. Там он встретит ту самую монашку, которую не расстреляли - она, правда, его не узнает.

После трёх суток отсутствия группы, посчитав её погибшей, так как потери в уличных боях были ужасающими, ротный отдаст команду писарю отправить родным Ильи похоронку. Это была вторая - первая пришла на старшего брата Василия, который погиб под Ленинградом. Однако Илья был жив, его группа с боем пробилась к полку другой дивизии. Старшина причислил их к своему довольствию, а после освобождения Каунаса определил в краткосрочное военное училище, где готовили пополнение вместо выбитого офицерского состава. Перед выпускными экзаменами пришла весь о Победе. Илью оставили в Литве ликвидировать банды «лесных братьев». Его письма домой почему-то не доходили.    

Мёртвые помогали живым

Девятнадцатилетний старшина Тищенко прибыл домой в отпуск в июле 1945-го. О своих подвигах особо не рассказывал, стеснялся. Как освобождали Кёнигсберг, говорить не мог. «Крепость на берегу Балтийского моря, на Земландском полуострове. Город окружён по периметру восемью фортами - трёхэтажными железобетонными сооружениями. Немецкое командование хвасталось: «Русские могут взять Берлин, но Кёнигсберг - никогда». Штурм начался 6 апреля. Эта дата врезалась в память Ильи Тищенко навсегда. Пехота и артиллерия, танки и самоходки, лётчики и моряки Балтийского флота - все вышли на штурм. 10 апреля Кёнигсберг пал. Все, кто принимал участие в штурме, до сих пор не могут забыть, как трупы наших бойцов, наслаиваясь на дне, местами становились средством спасительной переправы для наступающих следом пехотинцев. Мёртвые помогали живым...» - напишет со слов ветерана Анатолий Зябрев. Биография парня из сибирской глубинки, прошедшего кровопролитные бои Великой Отечественной и оставшегося в живых, вместила борьбу с бандами националистов и бывших полицаев в Прибалтике, службу в милиции Норильска после окончания ленинградской школы политсовета НКВД, работу начальником ГАИ на Таймыре, замначальником отдела КрайУВД, руководителем Госавтоинспекции Красноярского края. Он неоднократно избирался народным депутатом, обеспечивал порядок при строительстве перемычки для Красноярской ГЭС, отвечал за безопасность высоких партийных гостей: Алексея Косыгина, Леонида Брежнева, Константина Черненко. По словам дочери Ильи Дмитриевича, на служебной «Чайке» - единственной в крае - в 1963 году встречал в аэропорту первого космонавта СССР Юрия Гагарина. А сам всю жизнь предпочитал «Ниву». Ушёл из жизни 80-летний ветеран в июле 2006 года, прожив удивительную жизнь.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах