1465

Крах «Страны чудес». Героическая оборона Диксона от гитлеровцев

«АиФ на Енисее» №35 (1816) 27/08/2015

В 1942 году на красноярском севере и в Карском море развернулись настоящие боевые действия. Красноярский край стал единственным сибирским регионом, на территории которого в ходе Великой Отечественной шли бои. Германское командование надеялось захватить и уничтожить Диксон, тем самым надолго прервать судоходство по Северному морскому пути (СМП).

Диксонский порт имел стратегическое значение для безопасности СМП, по которому ходили караваны судов с военными грузами. Здесь был расположен радиогидрометеорологический центр, контролирующий обстановку на просторах Арктики. Без знания ледовой обстановки проводить караваны судов было в разы сложнее. Кроме того, порт замыкает транзит по реке Енисей, а рядом расположены стратегические заводы Норильска, производящие востребованный военной промышленностью никель.

Пираты гитлера

Летом 1942-го немецкое командование направило в Карское море тяжёлый крейсер «Адмирал Шеер», капитана первого ранга Вильгельма Герхарда Оскара Юлиуса Меендсена-Болькена и группу подводных лодок. Они должны были нанести удары и прервать движение советских судов между островами архипелага Новая Земля и проливом Вилькицкого, а также разрушить полярные порты СССР. Немцы назвали свою операцию Wunderland - «Страна чудес».

«Адмирал Шеер» с шестью 283-миллиметровыми орудиями главного калибра, восемью 150-миллиметровыми вспомогательными орудиями и экипажем более, чем в тысячу человек, не имел равных соперников в советской Арктике. Один его залп весил 2,136 тонны. Спешно переделанные из гражданских пароходов сторожевые суда были вооружены лишь мелкокалиберной артиллерией.

«Шеер» вошёл в Карское море и днём 25 августа наткнулся на ледокольный пароход Главного управления Северного морского пути «Александр Сибиряков». Старый, 1909 года постройки пароход к началу войны был вооружён двумя 45-миллиметровыми и двумя 76-миллиметровыми орудиями. Броня немецкого рейдера им была не по зубам.

Гибель "Сибирякова". Фото:  из книги «Красноярск-Берлин»

Немцы подняли над крейсером американский флаг, но их выдало плохое знание русского языка и вопросы о состоянии льдов. Капитан «Сибирякова» Анатолий Качарава приказал экипажу дать полный ход и повернуть к берегу - острову Белуха, до которого было примерно 10 морских миль. В эфир в адрес Диксона была выпущена радиограмма: «Встретили иностранный крейсер. Наблюдайте за нами». Поняв, что пиратский трюк с чужим флагом не прошёл, Меендсен-Болькен отдал приказ поднять флаг «Кригсмарине» (ВМФ Германии).

Анатолий Качарава. Фото:  из книги «Красноярск-Берлин»

«Мы были удивлены сопротивлением русского судна. Самим его фактом. Ведь моряки были обречены, никаких шансов попасть в наш корабль у них не было», - впоследствии вспоминал один из немецких матросов. Тяжёлый снаряд пронзил «Сибирякова», затем последовали ещё три попадания. Советский пароход потерял ход и получил пробоины в носовой части. Загорелись бочки с бензином, расставленные на борту.

«Он знал неизбежный исход боя. Заранее приказал старшему механику и своему заместителю по политической части в критический момент открыть кингстоны, пустить потоки воды в трюм, чтобы «Сибиряков» ушёл на дно с не спущенным флагом и всеми судовыми документами», - так описывал действия капитана Качаравы журналист-полярник Георгий Кублицкий.

Почти час дрался «Сибиряков» и сумел за это время сделать главное - отправить в Диксон телеграмму, сообщить о присутствии в Карском море немецкого крейсера, чей экипаж даже не стал брать в плен всех моряков советского судна, бросив в ледяном море девять краснофлотцев.

Оборона Диксона

После потопления советского парохода Шеер устремился к Диксону. Здесь немцы хотели захватить документы о маршрутах СМП, ледовой обстановке, узнать о предстоящих караванах, разрушить стратегический порт. Меендсен-Болькен отобрал 180 матросов в десант.

Диксон лихорадочно готовился к обороне. Огневую мощь советского порта составили две 152-миллиметровых гаубицы, два 130-миллиметровых орудия и два 45-миллиметровых. Усилению помогло и прибытие в Диксон сторожевого корабля «СКР-19», ранее носившего имя «Дежнёв». Он имел на вооружении восемь пушек и пулемёты. Ещё два орудия и четыре зенитки стояли на корабле Главного управления СМП «Революционер», который зашёл в порт 26 августа. Весь вечер шла лихорадочная подготовка к возможному появлению кораблей противника. Выгружались снаряды, уже размещённые на бывшем «Дежнёве», набирались орудийные команды - их формировали в том числе и из местных жителей. Были наскоро сколочены отряды ополченцев, располагавшие несколькими пушками, пулемётами, ручными гранатами, пистолетами-пулемётами и винтовками Мосина. Женщин и детей эвакуировали в тундру.

В ночь на 27 августа «Шеер» обошёл часть острова Старый Диксон и остановился в проливе Вега, у входа в гавань. Немцы открыли огонь сразу, рассчитывая быстро потопить советские корабли и войти в гавань. В корпусе СКР-19 образовались две большие пробоины, погибло шесть моряков, ещё 21 - получили ранение (один вскоре умер). Сторожевик сумел выбраться из сектора обстрела, однако полученные повреждения привели к тому, что он сел на грунт. За время боя его артиллеристы выпустили по врагу 35 снарядов, но нанести заметных повреждений врагу не смогли.

Затем загорелся «Революционер», получив два прямых попадания. Немецкий капитан уже предвкушал высадку десанта и скорую победу. Но в этот момент заговорила береговая батарея Диксона. 152-миллиметровые орудия били достаточно точно - несмотря на большое расстояние и плохую видимость.

Пароход "Дежнев". Фото из архива Таймырского муниципального района

Но, чтобы захватить советский порт, «Шеер» должен был подойти ближе и поставить свои борта под прямые удары советских артиллеристов. Рисковать немцы не захотели. Крейсер ещё обстрелял Диксон, сбил мачту радиоцентра, поджёг хранилище дизтоплива, разрушил жилые дома. Однако штурмовать порт не решился и ушёл восвояси. Ущерб от обстрела порта был ликвидирован через пару дней. А вскоре впечатлённый сопротивлением Меендсен-Болькен убедил командование отозвать его из Арктики. Твёрдым орешком назвал Диксон нацистский капитан в одном из своих отчётов.

*        *        *

Большинство военных историков считает, что операция «Вундерланд» потерпела провал. Ни одну из заявленных целей выполнить не удалось. Немцы не смогли вскрыть маршруты движения судов по Северному морскому пути, определить его главные базы. Сейчас в Диксоне стоит памятник героям, оборонявшим Заполярье от гитлеровских пиратов. «Адмирал Шеер» же был потоплен авиацией союзников 9 апреля 1945 года у причалов в Киле. Позже остов крейсера был забетонирован - сейчас над ним находится автостоянка.

*        *        *

Вспоминать о битве боялись

Игорь ТАСКИН, старлей в отставке, потомственный речник, по случаю гостей надевший морской китель, звонит в колокол, висящий на стене. «Склянки. Отбивают часы. Приучу вас к морскому распорядку», - встречает журналиста фирменной шуткой.

Игорь Таскин. Фото: АиФ/ Ирина Якунина

Забыли, когда ели

С детства дышавший речным воздухом (отец, енисейский капитан, брал с собой в рейсы по Енисею), Игорь и не думал о другой профессии. В 1943 году 15-летним поступил в речной техникум и сразу же - в речном флоте объявили военное положение - был мобилизован в качестве кочегара.

Оставить судно значило дезертировать, но об этом никто не помышлял. Подростков-кочегаров старшие матросы берегли - сверх 600-граммового пайка хлеба ребятам приносили кашу. И всё равно они отощали так, что их называли подростками, которые забыли, когда ели.

В молодости, уже после войны. Фото: АиФ/ Ирина Якунина

Пока говорили, стрелка корабельных часов на комоде придвинулась к полудню, и, когда они отбили середину суток, Игорь Павлович вздрогнул. «Хлеб в войну выдавали в 12», - пояснил нам. Как будто не было этих 70 лет, отделявших мир от войны…

Награда. Фото: АиФ/ Ирина Якунина

До Победы Игорь Таскин мог не дожить. Весной 1945 года в Подтёсовском заливе, когда экипаж рубил майну среди льдов, 17-летний кочегар был скошен малярией. Уже идя на поправку, поплёлся в больницу. Что такое? Шум, народ бегает. День Победы! Игорю помог взобраться на пригорок кочегар Костя, и оттуда они вместе радовались - и Победе, и всеобщему ликованию.

Парадная форма. Фото: АиФ/ Ирина Якунина

Заплаты на реликвии

Спустя 4 года после сражения на Диксоне он прибыл в этот морской порт с трёхтысячетонным лихтером угля.

«Стояли 20-25 дней. Ходили на танцы. Матросу что надо? Напьётся - и в драку. Помню, как один командир в чёрном кожаном пальто разнимал разгорячившихся матросов: одного за шиворот, другого пинком. И женщины были в матросской форме - выполняли вспомогательные действия. У людей были медали за военные действия. Но вспоминать о битве боялись. Кого-то спросишь - старались отделаться. Но в воздухе висело ощущение, что здесь тоже ковали Победу», - вспоминает Игорь Таскин и пересказывает встречу с легендарным сторожевым кораблём СКР-19.

Игорь Таскин. Фото: АиФ/ Ирина Якунина

Он стоял на якоре уже переименованным обратно в «Дежнёв». «Смотрю - борт. На нём заплатки круглые. Побольше, поменьше. Всё «тело» корабля в них, как решето. Я даже прикоснулся к этой реликвии. Никогда ещё в военно-морской истории не было победы, одержанной такими ничтожными силами против столь мощного противника, каким был германский рейдер «Адмирал Шеер»!»

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах